The Adventures of Roderick Random — Page 5

Я попытался изобразить скромные достоинства, борющиеся со всеми трудностями, которым подвергается одинокий сирота — как из-за собственной неопытности, так и из-за эгоизма, зависти, злобы и равнодушия людей.

I have attempted to represent modest merit struggling with every difficulty to which a friendless orphan is exposed, from his own want of experience, as well as from the selfishness, envy, malice, and base indifference of mankind.

Чтобы вызвать благосклонное расположение к нему, я наделил его преимуществами происхождения и образования, которые в череде его несчастий, я надеюсь, заставят людей благородных душой ещё горячее встать на его сторону.

To secure a favourable prepossession, I have allowed him the advantages of birth and education, which in the series of his misfortunes will, I hope, engage the ingenuous more warmly in his behalf.

И хотя я предвижу, что некоторых читателей оскорбят низкие сцены, в которые он оказывается вовлечён, я убеждаю себя в том, что рассудительные люди не только поймут необходимость описания тех обстоятельств, в которые он неизбежно должен быть помещён в своём незавидном положении...

and though I foresee, that some people will be offended at the mean scenes in which he is involved, I persuade myself that the judicious will not only perceive the necessity of describing those situations to which he must of course be confined, in his low estate,

...но и найдут удовольствие в созерцании тех сторон жизни, где нравы и страсти не скрыты притворством, церемониями или воспитанием, и причудливые особенности характера предстают такими, какими их заложила природа.

but also find entertainment in viewing those parts of life, where the humours and passions are undisguised by affectation, ceremony, or education; and the whimsical peculiarities of disposition appear as nature has implanted them.

Но я полагаю, что мне незачем утруждать себя защитой приёма, освящённого лучшими писателями в этом жанре, некоторых из которых я уже упоминал.

But I believe I need not trouble myself in vindicating a practice authorized by the best writers in this way, some of whom I have already named.

Каждый вдумчивый читатель с первого взгляда убедится, что я не отступал от природы в описываемых событиях, которые в целом все правдивы, хотя отдельные обстоятельства изменены и завуалированы во избежание личных выпадов.

Every intelligent reader will, at first sight, perceive I have not deviated from nature in the facts, which are all true in the main, although the circumstances are altered and disguised, to avoid personal satire.